Мудрый Экономист

Защита прав интеллектуальной собственности. Проблемы и пути решения

"Финансовый вестник: финансы, налоги, страхование, бухгалтерский учет", 2009, N 7

Проблемы защиты прав интеллектуальной собственности.

В России интеллектуальному "рейдерству" способствуют два основных фактора.

Недооценка интеллектуальной собственности, как экономической категории, причем на всех уровнях: от отдельного хозяйствующего субъекта до государственных органов исполнительной власти.

Предприятия упускают имеющиеся возможности повышения их капитализации посредством правильного учета нематериальных активов, как метода расширения коммерческого потенциала, иных способов повышения прибыли от рыночного использования изобретений, уменьшения налогооблагаемой базы через амортизационные отчисления.

Судьба огромного потенциала технических решений периода существования бывшего СССР (ранее треть мирового объема), оформленных в свое время авторскими свидетельствами, в том числе фактически безвозмездно отданных в период приватизации частным фирмам, а также изобретений последних лет, не определена.

Показательны примеры, когда российское изобретение телевизора с плоским экраном не было запатентовано, и теперь отечественные производители вынуждены покупать импортные аналоги.

Несовершенству защиты прав на результаты интеллектуальной собственности способствует несовершенство законодательства, позволяющее фактически любым лицам оформлять патенты на не созданные ими объекты интеллектуальной собственности и предоставляющее "рейдерам" высокую вероятность выигрыша дел при предъявлении претензий по их использованию.

Прежде всего это связано с отсутствием авторской патентной защиты, выражающейся:

При этом право преждепользователя, представляющее любому лицу, независимо от авторства изобретения, безвозмездно использовать тождественное решение, может применяться только без расширения объема такого использования, что блокирует возможность производственного развития такого пользователя.

В настоящее время отмена более 40 специальных законодательных актов и объединение вопросов регулирования интеллектуальной собственности, в том числе Патентного закона в единый универсальный акт - часть четвертую Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с ее введением в действие с 1 января 2008 г., еще более осложнило ситуацию, и ее отсутствием практического применения.

Все это порождает основу для все большего числа лиц, производить тотальный сбор материалов и оформление патентов, вступая в сговор с руководителями предприятий, собирая информацию иными способами.

Необходимо отметить, что ч. 2 ст. 11 Федерального закона от 21.07.2005 N 94-ФЗ "О размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд" установлено только право государственного заказчика установить дополнительные требования к поставщику на обладание им исключительными правами на результаты интеллектуальной собственности, а не обязанность.

Так, в соответствии с данной статьей Федерального закона при размещении заказа путем проведения торгов заказчик, уполномоченный орган вправе установить также следующие требования к участникам размещения заказа: обладание участниками размещения заказа исключительными правами на объекты интеллектуальной собственности, если в связи с исполнением государственного или муниципального контракта заказчик приобретает права на объекты интеллектуальной собственности, за исключением случаев размещения заказа на создание произведения литературы или искусства (за исключением программ для ЭВМ, баз данных), исполнения, на финансирование проката или показа национального фильма.

Особенно это наглядно проявляется в отношении научно-исследовательских работ, программного обеспечения и создания иных объектов собственности (продукции, механизмов и т.д.).

Судебная практика. Разъяснения высших судебных инстанций. В качестве характерного примера можно привести Постановление Федерального арбитражного суда Московского округа от 06.09.2007, 13.09.2007 (дело N КГ-А40/9065-07), когда с привлечением лица к уголовной ответственности за нарушение исключительных прав на программы для ЭВМ, арбитражный суд рассматривал дело, в том числе применяя нормы международного права

Корпорация Microsoft обратилась в Арбитражный суд г. Москвы с иском к ООО "Специализированная компания "Креал" о взыскании компенсации за нарушение ответчиком исключительных авторских прав истца на программы для ЭВМ.

Иск предъявлен и мотивирован незаконностью использования ответчиком копий программ для ЭВМ Microsoft Windows и Microsoft Office, авторские права на которые принадлежат корпорации "Майкрософт".

Решением от 06.03.2007, оставленным без изменения Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 15.05.2007, иск удовлетворен в полном объеме.

Суды пришли к выводу о доказанности факта использования на принадлежащих ответчику компьютерах контрафактных копий программ для ЭВМ, авторские права на которые принадлежат истцу.

В кассационной жалобе ООО "СК "Креал" просило названные судебные акты отменить и отказать в удовлетворении иска.

Заявитель указал на то, что, ссылаясь в обоснование своих выводов в порядке ч. 4 ст. 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации на приговор суда от 27.09.2006 в отношении установившего программы Г., признанного виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 146 Уголовного кодекса Российской Федерации, суды не учли, что приговор имеет преюдициальное значение не по всем обстоятельствам арбитражного спора, в частности, не является доказательством того, что именно ответчик нарушил права истца, поскольку вопрос о принадлежности компьютеров, на которые Г. установил контрафактное программное обеспечение, в рамках уголовного дела не исследовался.

Также ссылался на то, что суды не применили ст. 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации, в силу которой ООО "СК "Креал" не могло нести ответственность за противоправные действия своих сотрудников.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель ответчика поддержал кассационную жалобу по изложенным в ней доводам.

Представитель истца возражал против доводов кассационной жалобы, просил отказать в удовлетворении кассационной жалобы.

Суд кассационной инстанции не нашел оснований для отмены оспариваемых судебных актов.

Как следовало из материалов дела и установлено судами обеих инстанций, корпорация "Майкрософт" обладала исключительными авторскими правами на программы для ЭВМ Microsoft Windows и Microsoft Office. Регистрация произведений осуществлена согласно Закону США об авторском праве (разд. 17 Свода законов США) в Агентстве по авторским правам США.

В соответствии со ст. 5 Бернской конвенции об охране литературных и художественных произведений произведениям, созданным в США, предоставляется такой же режим правовой охраны, как и российским объектам авторского права. Программы для ЭВМ относятся к объектам авторского права и им предоставляется правовая охрана, как произведениям литературы.

Под использованием программ для ЭВМ понимается выпуск в свет, воспроизведение, распространение и иные действия по их введению в хозяйственный оборот.

Физическое или юридическое лицо, которое не выполняет требований в отношении исключительных прав правообладателей, является нарушителем авторских прав.

Незаконность использования ответчиком копий программных продуктов корпорации "Майкрософт" подтверждается установленным судами фактом отсутствия у ответчика договора с правообладателем, свидетельствующего о правомерности использования экземпляров спорных программ для ЭВМ, а также приговором от 27.09.2006 в отношении сотрудников ООО "СК "Креал" Г., которым было установлено, что он установил на рабочие компьютеры сотрудников ответчика три контрафактных экземпляра программы Microsoft Office 2000 Professional (Russian) пять контрафактных экземпляров программы "Windows 98 Second Edition (Russian)".

Использование программ для ЭВМ осуществляется на основании договора с правообладателем, отсутствующего у ответчика, суды правомерно удовлетворили требования истца о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости нарушенных прав, которую правообладатель вправе требовать от нарушителя авторских прав.

Доводы заявителя о том, что приговор не имеет преюдициального значения по вопросу о нарушении ответчиком прав истца, поскольку в рамках уголовного дела не исследовалась принадлежность компьютеров, на которые Г. установил контрафактные программы, уже были предметом судебного рассмотрения и им дана соответствующая оценка.

Отклоняя данный довод, апелляционный суд, со ссылкой на ч. 4 ст. 69 АПК РФ, правомерно исходил из обязательности приговора по вопросу о том, что Г., действуя как сотрудник ООО "СК "Креал", установил программное обеспечение на рабочие компьютеры ответчика. Доказательств обратного ответчик в нарушение ст. 65 АПК РФ не представил.

Ссылка заявителя кассационной жалобы на ст. 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации являлась несостоятельной, так как данная норма применяется в деликтных обязательствах и регламентирует порядок возмещения юридическим лицом вреда, причиненного его работником, в то время как иск заявлен о взыскании компенсации за нарушение авторских прав.

Разрешая дело по существу Федеральный арбитражный суд Московского округа Решение Арбитражного суда г. Москвы и Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда по тому же делу оставил без изменения, а кассационную жалобу - без удовлетворения.

Программы для ЭВМ как объект авторского права. Программы для ЭВМ, несомненно, являются нематериальными активами, не имеющими вещественной формы.

Судебная, особенно арбитражная практика при использовании нелицензионных программ, их установки на ЭВМ, обширна.

Программы могут быть внесены и в уставные капиталы организаций, в том числе и отражаться как нематериальные активы и быть объектами "рейдерства" в сфере нематериальных активов.

Несмотря на то что практика применения нелицензионных программ, как уже было отмечено, большая, могут быть и частные вопросы прекращения уголовных дел и рассмотрения исковых заявлений в арбитражных судах.

Например, сам по себе отказ в привлечении лица к уголовной ответственности за нарушение авторских прав не означает невозможности применения к нему мер гражданско-правовой ответственности.

Характерным примером является Постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.05.2008 N А14-8300/2006334/17, в котором суд принял решение о том, что, например, запись в память ЭВМ контрафактной копии спорного программного продукта и использование ее в хозяйственной деятельности нарушает исключительное право истца на воспроизведение и распространение данного программного продукта.

ЗАО С. (истец) обратилось в Арбитражный суд Воронежской области с иском к ООО Р. (ответчик) о взыскании компенсации за нарушение авторских прав на использование программного продукта "1С:Предприятие 7.7. для SQL. Комплексная поставка".

Решением от 28.02.2007, оставленным без изменения Постановлением Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.05.2007, в иске отказано.

Постановлением Федерального арбитражного суда Центрального округа от 20.09.2007 вынесенные по делу судебные акты отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции в ином составе.

Решением Арбитражного суда Воронежской области от 14.03.2008 с ответчика в пользу истца взыскана компенсация за нарушение авторских прав.

Не согласившись с принятым судебным актом, ООО Р. обратилось в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой на данное решение, в которой просило его отменить и принять по делу новый судебный акт.

При этом заявитель жалобы ссылался на то, что в материалах дела не имелось доказательств того, что нарушение авторских прав истца произошло в результате противоправных действий ответчика.

По мнению заявителя апелляционной жалобы, поскольку в материалах дела не было доказательств предъявления обвинения в совершении преступления, предусмотренного ст. 146 УК РФ, конкретному работнику ответчика, обязанность по возмещению вреда в гражданско-правовом порядке возложена на ответчика незаконно.

В связи с этим заявитель апелляционной жалобы просил отменить обжалуемое решение арбитражного суда первой инстанции и принять по делу новый судебный акт.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ООО Р. поддержал доводы жалобы, считая обжалуемое решение незаконным и необоснованным, принятым с нарушением норм материального права и без учета фактических обстоятельств дела, просил суд отменить его полностью и принять по делу новый судебный акт.

Представитель ЗАО С. в судебное заседание не явился, ходатайствовал о рассмотрении апелляционной жалобы в его отсутствие. В апелляционный суд им представлены возражения на жалобу, где он просил оставить обжалуемое решение без изменения, а жалобу - без удовлетворения.

Изучив материалы дела, апелляционный суд посчитал, что обжалуемое решение арбитражного суда первой инстанции является законным и обоснованным и отмене либо изменению не подлежит.

При этом суд руководствовался следующим. Как следовало из материалов дела, в ходе проверки, проведенной по заявлению истца, ОБЭП Центрального РОВД г. Воронежа, установлено использование ответчиком программы для ЭВМ "1С:Предприятие 7.7. для SQL. Комплексная поставка" с признаками контрафактности в помещении, расположенном по адресу: г. Воронеж, ул. К, д. 3, кв. 34.

Истцу принадлежали исключительные авторские права на указанные программы для ЭВМ, зарегистрированные Российским агентством по патентам и товарным знакам.

В связи с наличием у используемой программы признаков контрафактности, истец обратился в арбитражный суд с данным иском.

Апелляционный суд полагал, что заявленные истцом требования были удовлетворены Арбитражным судом Воронежской области законно и обоснованно.

Согласно ст. 16 Закона РФ "Об авторском праве и смежных правах" и ст. 10 Закона РФ "О правовой охране программ для ЭВМ и баз данных", действовавших на момент совершения правонарушения, автору принадлежали исключительные права по использованию программы для ЭВМ, в том числе ее воспроизведение и распространение.

В соответствии с п. 2 ст. 2 Закона РФ "О правовой охране программ для ЭВМ и баз данных" и ст. ст. 1225, 1226 части четвертой Гражданского кодекса РФ, вступившей в силу с 1 января 2008 г., результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью), являются программы для электронных вычислительных машин (программы для ЭВМ).

На результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации) признаются интеллектуальные права, которые включают исключительное право, являющееся имущественным правом, а в случаях, предусмотренных ГК РФ, также личные неимущественные права и иные права (право следования, право доступа и другие).

В силу ст. 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (ст. 1233), если Гражданским кодексом РФ не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации.

Другие лица не могут использовать соответствующие результаты интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных ГК РФ.

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными ГК РФ), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную ГК РФ, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается ГК РФ.

Распространение программы для ЭВМ или базы данных - это предоставление доступа к воспроизведенной в любой материальной форме программе для ЭВМ или базе данных, в том числе сетевыми и иными способами, а также путем продажи, проката, сдачи внаем, предоставления взаймы, включая импорт для любой из этих целей.

Факт пользования контрафактным программным продуктом ответчиком подтверждается заключением эксперта К. от 27.02.2006, составленным по поручению Центрального РОВД Воронежской области от 17.02.2006 N 30/2169. Судом установлено, что на жестких дисках в системных блоках, изъятых при проверке 15.02.2006 ООО Р. по адресу: г. Воронеж, ул. К., д. N, кв. 34, содержится программный продукт "1С:Предприятие 7.7. для SQL. Комплексная поставка", имеющий признаки контрафактности, а также программы - взломщики защиты.

Все установленные версии "1С:Предприятие" модифицированы и запускаются без требования электронного ключа, модификация производилась сразу после их установки.

На жестких дисках имелись данные о клиентах ООО Р., среди перечня услуг указана установка бухгалтерских программ, на них велся бухгалтерский учет ООО Р.

Запись в память ЭВМ контрафактной копии программного продукта "1С:Предприятие 7.7. для SQL. Комплексная поставка" и использование ее в хозяйственной деятельности нарушало исключительное право истца на воспроизведение и распространение программного продукта.

Факт противоправного использования ответчиком программного продукта подтверждался также протоколом проверочной закупки от 15.02.2006, из которого следовало, что установка программных продуктов ЗАО "1С" осуществлялась ответчиком не с дистрибутива заказчика.

Таким образом, в действиях ответчика имелись признаки незаконного использования программного продукта, исключительные права на которые принадлежали ЗАО "1С".

В силу ст. 1252 ГК РФ защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности осуществляется, в частности, путем предъявления требования о возмещении убытков - к лицу, неправомерно использовавшему результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без заключения соглашения с правообладателем (бездоговорное использование) либо иным образом нарушившему его исключительное право и причинившему ему ущерб.

В случаях, предусмотренных ГК РФ для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права.

Размер компенсации определялся судом в пределах, установленных ГК РФ, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Согласно ст. 1301 ГК РФ в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных ГК РФ (ст. ст. 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с п. 3 ст. 1252 ГК РФ требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда.

Как указано в Постановлении Федерального арбитражного суда Центрального округа от 20.09.2007 по данному делу, факт нарушения авторских прав ЗАО С. установлен. Системные блоки находились во владении ООО Р., договорные отношения между ООО Р. и ЗАО С. отсутствовали.

Арбитражный суд округа в своем Постановлении также установил, что суды двух инстанций не проверили обоснованность заявления истца о фальсификации доказательств - актов приемки изделий в ремонт от 14.02.2006, 12.05.2006, 31.01.2006, 10.05.2006, 15.05.2006, 15.02.2006 (Акты), в связи, с чем отменил принятые по делу судебные акты, направив дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Согласно ст. 289 АПК РФ указания арбитражного суда кассационной инстанции, в том числе на толкование закона, изложенные в его постановлении об отмене решения, постановления суда первой, апелляционной инстанций, обязательны для арбитражного суда, вновь рассматривающего данное дело.

При новом рассмотрении дела суд первой инстанции исключил из числа доказательств Акты.

Оценив имеющиеся в материалах дела доказательства в соответствии с требованиями ст. 71 АПК РФ, арбитражный суд области пришел к правильному выводу об имевшем место факте нарушения авторских прав ЗАО С. Подтверждением данного обстоятельства служило постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 26.11.2006, протокол проведения проверочной закупки, справки эксперта.

При этом суд первой инстанции правомерно не принял доводы ответчика об отсутствии оснований для привлечения его к ответственности в связи с тем, что постановлением старшего следователя СО при ОВД Центрального района г. Воронежа К. от 16.12.2007 о переквалификации и приостановлении предварительного следствия уголовное преследование по уголовному делу в отношении неустановленных следствием лиц по ч. 1 ст. 273 УК РФ прекращено ввиду отсутствия в их действиях квалифицирующих признаков состава преступления, т.е. создания программ для ЭВМ или внесения в существующие программы заведомо приводящих к несанкционированному уничтожению, блокированию, модификации либо копированию информации, нарушению работы ЭВМ, системы ЭВМ или их сетей, а равно распространение таких программ или машинных носителей с такими программами.



Постановлением следователя ОВД Центрального района г. Воронежа С. от 27.02.2008 прекращено уголовное дело за истечением сроков давности уголовного преследования.

В соответствии с п. 5 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 13.12.2007 N 122 "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности" сам по себе отказ в привлечении лица к уголовной ответственности за нарушение авторских прав не означает невозможности применения к нему мер гражданско-правовой ответственности.

Постановление о прекращении уголовного дела само по себе не свидетельствовало об отсутствии нарушения лицом авторских прав, поскольку состав гражданско-правового деликта отличается от состава преступления, предусмотренного ст. 146 Уголовного кодекса РФ.

Более того, согласно уведомлению следователя СО при ОВД по Центральному району городского округа г. Воронежа П., представленному в суд апелляционной инстанции, 21.04.2008 вынесено постановление об отмене постановления о прекращении уголовного дела и о возобновлении предварительного следствия.

В силу п. 2 ст. 268 АПК РФ дополнительные доказательства принимаются арбитражным судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, и суд признает эти причины уважительными.

Данное уведомление не могло быть представлено в суд первой инстанции, поскольку получено представителем истца после вынесения обжалуемого решения Арбитражным судом Воронежской области, в связи с чем апелляционный суд принял данный документ в качестве относимого и допустимого доказательства по делу.

Апелляционный суд также учел, что нарушителем авторских и смежных прав являлось физическое или юридическое лицо, которое не выполняло требований законодательства об авторском праве и смежных правах.



В связи с этим согласно ст. 65 АПК РФ ответчик обязан был доказать выполнение им требований действующего законодательства при использовании произведений и (или) объектов смежных прав. В противном случае физическое или юридическое лицо признается нарушителем авторского права и (или) смежных прав, и для него наступает гражданско-правовая ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Однако доказательств правомерности использования спорного программного продукта, обнаруженного на жестких дисках компьютеров, установленных в помещении ответчика, ООО Р. не представлено.

Объективная невозможность использования спорного программного продукта ответчиком также не установлена.

В связи с вышеизложенными установленными по делу обстоятельствами Арбитражный суд Воронежской области пришел к правильному выводу о том, что собранные по делу доказательства позволяли считать установленным факт незаконного воспроизведения ответчиком программного продукта "1С:Предприятие 7.7. для SQL. Комплексная поставка", права на которые принадлежат ЗАО С.

На основании вышесказанного апелляционный суд согласился с выводами суда первой инстанции по делу и не нашел оснований для удовлетворения жалобы.

Убедительных доводов, основанных на доказательственной базе, позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, апелляционная жалоба не содержала, в связи с чем удовлетворению не подлежала.

При вынесении обжалуемого судебного акта суд первой инстанции всесторонне, полно и объективно исследовал все представленные доказательства, дал им надлежащую правовую оценку и правильно применил нормы материального права. В связи с этим апелляционная инстанция не усматривала оснований для отмены обжалуемого судебного акта.



Суд апелляционной инстанции считал, что судом области нормы материального права применены правильно. Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу ч. 4 ст. 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены принятых судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

При таких обстоятельствах обжалуемое решение следовало оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Девятнадцатый арбитражный апелляционный Решение Арбитражного суда Воронежской области от 14.03.2008 по делу N А14-8300/2006/334/17 оставил без изменения, а апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью Р. - без удовлетворения.

Е.В.Виговский

Советник налоговой службы

III ранга