Мудрый Экономист

Трудовые ценности как фактор мотивации труда в современной России

"Налоги" (газета), 2009, N 19

В течение последнего десятилетия провозглашаемые, одобряемые и поддерживаемые российским обществом трудовые ценности подверглись радикальным изменениям, которые в своей совокупности позволяют утверждать, что идет процесс консолидации новой трудовой идеологии. Труд из обязанности превратился в право, теперь согласно Закону о занятости населения незанятость гражданина не может служить основанием для его привлечения к административной или какой-либо иной ответственности, легализован статус безработного. Значительно расширился и диапазон допустимых форм занятости: в Конституции Российской Федерации закреплено право гражданина на частную собственность и предпринимательскую деятельность. Приняты новый Гражданский и Трудовой кодексы, подтверждающие законность частной собственности и частного предпринимательства и регулирующие соответствующие правовые и трудовые отношения.

Существенно изменились и социально санкционированные мотивы трудовой деятельности. Общественное благо, ради которого необходимо жертвовать личным благополучием, потеряло свою священную значимость. В то же время получил легитимность частный, индивидуальный интерес, и следование ему рассматривается сегодняшней идеологией как весьма достойное человека занятие. Реабилитирована материальная жизнь человека, идеологически возродилась категория индивидуального богатства и частной собственности, произошло колоссальное расширение реального состава благ, которыми на законных основаниях могут владеть, пользоваться и распоряжаться граждане и их семьи.

Начавшиеся в 90-е годы XX в. в России реформы "рыночного функционирования" показали, что переход к рыночным принципам организации общества вызвал изменение его базовых ценностей, но новые ценностные ориентиры не были четко артикулированы и обоснованы в качестве общеразделяемых и интегрирующих ценностей.

Эта ситуация вызвала одновременное развитие нескольких тенденций, в частности размывание ценности конкретного труда как важнейшей интегрирующей доминанты общества, а также утрату трудящимися группами общества, в первую очередь рабочим классом, своей социокультурной роли главного субъекта социокультурной динамики. Под трудовыми ценностями мы будем понимать эмоционально окрашенные представления и суждения людей о важности для них труда в целом и отдельных его сторон.

Через работу люди устанавливают свое место в групповых отношениях и социальной иерархии и тем самым обретают чувство безопасности, принадлежности, самооценку и самоощущение своего значения, а следовательно, существенной части своей сущности. Конечно, этот фактор варьируется в разных типах социальности и разных культурах.

Наибольшее значение работа как источник идентичности имеет в индустриальном обществе, основанном на привязанности значительной части населения к промышленному производству. Потеря работы, безработица ведут в таком обществе к утрате рабочей идентичности, что воспринимается как беда и личное крушение.

Ценность труда зависит от точки зрения познающего субъекта. Если он рассматривает ценность с позиции всего общества, то несомненна позитивная оценка. Не столь однозначна она будет, если рассматривать труд с позиции самого трудящегося человека. Соответственно поливалентной будет ценностная окрашенность артефакта как продукта труда и также орудий труда (технических артефактов). Всем известно отрицательное отношение к машинной технике луддитов, но это не значит, что машины не представляют ценности для общества в целом.

Таким образом, структурная реорганизация экономики России в конце XX в. вызвала перевод российской промышленности на сырьевую специализацию, деквалификацию кадрового состава рабочих наукоемких отраслей экономики, резкое сужение его численности и его культурную маргинализацию. Модель экономического поведения "постсоветского работника" имеет специфику: происходит девальвация труда, ибо в современной России "честный труд обеспечить приемлемую жизнь не может", а поведение по принципу "максимум дохода при минимуме труда" является мечтой многих современных российских работников.

Современные социологические исследования [1] показывают, что вследствие доминирования частной жизни и культуры повседневности в ценностном сознании населения постсоветской России, по результатам опросов, лидируют, "сочетаются", совмещаются и частично совпадают по смыслу такие ценности, как "семья", "здоровье", "материальное благополучие" и "работа" как средство выживания, самореализации и материального благополучия. Содержательно названные ценности "замыкаются" на ценности "семья", а трудовые ценности имеют в основном инструментальный характер и обеспечивают реализацию названных доминантных ценностей.

Теоретически и практически невозможно "формировать" какую-то одну, пусть весьма необходимую для общества и государства, но произвольно выбранную, ценность, например трудовую. Это возможно лишь в том случае, когда выявлены устойчивые ценностные структуры и приоритеты ценностного сознания (ценностное ядро). Но такими приоритетами у россиян в настоящее время являются "здоровье", "семья", "материальное благополучие" и, наконец, "труд". Причем последняя ценность для большинства респондентов является инструментальной, значит, в настоящее время "труд" представляет собой ценностную периферию - недостаточно закрепленную ценность, которая в различных обстоятельствах может мотивировать, а может и не мотивировать трудовую деятельность человека [6].

В настоящее время трудовые ценности как фактор самореализации социального субъекта недостаточно закреплены в структурах сознания и не всегда могут мотивировать его трудовую деятельность.

Данные многочисленных современных мониторингов [2] воспроизводят не столько содержательную структуру ценностей населения, сколько предрасположенность к их глубокому усвоению, поскольку выявленные путем опроса ценности - предпочитаемые. Но это не значит, что они "действующие", т.е. являются мотиваторами деятельности. Для выявления мотиваторов необходимо сопоставление предпочитаемых ценностей с действиями респондентов во всех сферах их жизнедеятельности, но такие исследования пока не проводятся. Вводится понятие "субъективная валидность", которое используется при изучении следования социальным нормам, выступающим как ценность.

Таким образом, ценности не всегда реализуют роль фундаментальных норм деятельности людей, несмотря на частоту, постоянство и периодичность выборов. В связи с этим выделяется три значения ценностей, которые выбирает и одобряет население России. Во-первых, выбранные, предпочитаемые ценности могут представлять собой мотиватор поведения, базирующийся на коллективных представлениях и (или) субъективной валидности. Во-вторых, выбор ценностей может указывать на наличие потребности (возможно, фрустрируемой), желания реализации, например ценности "свобода", "общение", "порядок" и пр. В-третьих, выбор той или иной ценности может свидетельствовать об одобрении, положительном отношении к ней. Реализация в поступках и деятельности при этом не гарантирована. Но в любом случае, если ценность выбирается большим процентом респондентов в течение продолжительного времени, это атрибут ее действительной или потенциальной субъективной валидности, указывающий на возможность реализации в качестве мотиватора деятельности и поведения [6].

К сожалению, трудовая деятельность для большинства современных россиян - прежде всего средство выживания. Именно поэтому "потребность в труде", "трудовая деятельность", "труд как самореализация" в настоящее время относятся населением России в основном к сфере приватного. Следовательно, жилищные условия, оплата труда и медицинское обслуживание должны находиться в прямой зависимости от трудовой деятельности людей. В реальности в современной России происходит обратный процесс: не наблюдается никакого, даже приблизительно справедливого соотношения между мерой и сложностью труда и мерой оплаты, уровнем благосостояния человека. Соответственно трудовая мотивация снижается, поскольку даже интенсивный качественный труд не позволяет человеку надеяться на достойное вознаграждение и повышение уровня своей жизни. Отсутствие "высокой мотивации" (труд как самореализация, ценности интересной работы, проявления инициативы) и снижение даже базовых компонентов трудовой мотивации (труд как средство обеспечения достойных условий жизни) в современной России являются существенным фактором системного экономико-социального кризиса, но, впрочем, не единственным фактором. Если проанализировать управленческий цикл, основные управленческие функции: планирование, организация работы, мотивирование и стимулирование, учет и контроль, то все эти управленческие функции в современной России деформированы. Современный системный кризис в России обусловлен не только отсутствием "высшей мотивации", но и отсутствием планирования, организации, учета и контроля в масштабе страны, отрасли и практически всех предприятий. Долгосрочное и среднесрочное планирование на современных российских предприятиях отсутствует, а краткосрочные планы на 1 - 2 года отмечаются на 40% предприятий. В этих условиях затруднены поступательное позитивное развитие российской экономики, промышленности, рост благосостояния населения. Напротив, устойчиво фиксируется тенденция снижения реальных доходов большинства населения, прежде всего работников наемного труда.

Кто же имеет наибольшие шансы разбогатеть в России сегодня? Проведенное социологическое исследование дало следующие результаты. Прежде всего это те, кто уже разбогател. Их шанс по пятибалльной шкале оценивается в 4,8 балла; немного меньше шансов у тех, кто находится у власти (4,6 балла); хороши шансы разбогатеть у людей, близких к криминальным структурам (4,1), а также у предприимчивых (4,0 балла), на отсутствие нравственных качеств которых указывает большинство населения. Минимальные шансы к богатству имеют все остальные граждане - всего 1,5 балла. Образование увеличивает вероятность стать богатым лишь до 2,7 балла [3].

"И все же удалось обнаружить социально-профессиональную группу российского населения, качественно отличающуюся по своим трудовым ценностям от всех остальных. Ими оказались представители социального слоя - предприниматели". Только в данной группе достигательная ценность работы - "видеть конкретные, ощутимые результаты своего труда" - вошла в число трех лидирующих по важности: 80% опрошенных предпринимателей заявили, что это требование к работе является для них очень важным, утверждая ценности трудовой активности, инициативы, ответственности и достигательности" [4].

Психологическая готовность к предпринимательству зависит не только от возраста, но и от профессиональных ориентаций. Сама же эта готовность "пропорциональна мере распада традиционного сознания", а именно победа в молодом поколении индивидуалистического сознания и либеральных ориентаций определяет их готовность к достигательности и инициативе. Социологические исследования современных российских предпринимателей [5] показали, что существует разрыв современного предпринимательства с традициями предпринимательства дореволюционного. Современные деловые люди ломают традиции, ценностные основания взаимодействия людей. Их отношения с окружающими строятся на личной выгоде, далеко отстоящей от норм взаимопомощи. В достижении своих целей они неразборчивы в средствах и нечистоплотны. Для бизнес-элиты доминирующими являются либеральные ценности индивидуализма и эгоизма, личного самоутверждения и самообогащения. Ценности "службы Отечеству", "значимости общественных интересов" практически атрофированы у представителей бизнес-элиты. Судьба России, модели ее будущего развития их мало интересуют.

Предприниматель оторван от своих статусных ценностей, не признает притязаний общества на результаты его поведения, а его ролевые ценности не соответствуют общественно принятым нормам поведения. Предприниматели и бизнес-элита не считают нужным ограничивать себя этическим рамками, поскольку само государство еще не создает условий, делающих "моральный бизнес" более выгодным, чем "неморальный". Порядочность, добродетель, деловая ответственность - это качества, которые находятся в конце ряда предпочитаемых ценностей [6].

Сегодня российское общество разделено на три большие группы с принципиально разной ментальностью [7]. Первую группу (примерно треть населения) составили носители патерналистско-эгалитаристского типа ментальности. Ей свойственны: большая значимость материальных факторов ("неоматериализм") в системе ценностей; убеждение в необходимости создания в России общества равных доходов; негативное отношение к "новым русским". Второй группе (20%) присущ индивидуалистически-либеральный тип ментальности, ориентированный на успех и карьеру. Третья группа (примерно половина населения) представляет промежуточный тип. Основная тенденция динамики развития этого типа - его постепенное сокращение, "переход" из него в первую группу. Этот процесс происходит в условиях, когда люди с наиболее типичной для России ментальностью оказываются в ходе этой стратификации в более неблагоприятном положении, чем носители западной индивидуалистической ментальности [7].

В связи с происходящими в России трансформациями общества, естественно, возникает вопрос: какова возможная основа той достижимой трудовой морали, которая формируется у российских предпринимателей? Похоже, что нам не скоро следует ожидать, что свобода достижения и ощущения конкретного результата действительно может стать для человека главной трудовой ценностью и символом новой экономической эпохи. Поскольку традиционность в структуре занятости по областям деятельности сохраняется, сохраняется и традиционный приоритет промышленного производства в российской экономике. Второе место занимают образование, наука и культура. Третье - торговля и бытовое обслуживание. Выросла доля высококвалифицированных специалистов. Интересна тенденция, связанная с переходом многих людей в коммерческие структуры и частные фирмы на должности более низкой квалификации. Например, появились работники охраны, секретари-референты, технички, при этом происходит снижение доли преподавателей вузов.

Существенным свидетельством новых процессов служат также: резкое увеличение численности и доли занятых в банковских и финансовых сферах; появление значительной группы занятых в домашнем и подсобном хозяйствах. Подлинный потенциал труда и его ценностей проявляется в процессе перехода рабочей силы в частный сектор, а также готовности заняться более ответственной и сложной работой, чем нынешняя. Сегодня есть основания говорить, что значительная часть наших сограждан психологически ориентирована на серьезные перемены в своей деловой жизни. Изменение приоритетов во всех областях деятельности, когда многие профессии резко теряют престиж, привело к тому, что россияне все чаще задумываются об эмиграции или изменении своей профессии. Такие установки значительной части россиян могут помочь в дальнейшем привести к значительной профессиональной мобильности и возникновению новых больших профессиональных групп на рынке труда.

Сегодня Россия переживает тот этап рыночных отношений, о котором Вебер писал, что в любых обществах одни социальные группы находятся в состоянии выживания, другие - стремятся к обогащению. Причем последние часто функционируют на рынке как "недисциплинированные представители свободной воли..." [8]. Вебер показывал сложность, нелинейность, длительность формирования ценностно-мотивационных установок на эффективную трудовую деятельность, аскетизм, функционирование трудовых ценностей в контексте образа жизни в качестве устойчивых доминант в иерархии мировоззренческих ценностей. В отечественных работах, посвященных данной проблематике, часто высказывается утверждение относительно возможности достаточно быстрого формирования трудовых ценностей, что, на наш взгляд, является скорее декларированием желаемой идеи, нежели ее обоснованием.

На основании всего вышесказанного можно констатировать, что труд не занимает высокого места (и не имеет такой перспективы в обозримом будущем) в иерархии ценностей россиян современного периода. Трудовая деятельность для большинства современных россиян - прежде всего средство выживания. В России на данном этапе ее развития мотивацию к производительному труду можно усиливать через материальную заинтересованность, конкуренцию рабочих мест и эффективную организацию производства.

Системный кризис в современной России детерминирован не только отсутствием "высшей мотивации", но и отсутствием эффективной реализации управленческих функций планирования, организации, учета и контроля в масштабе предприятий, отрасли и страны.

Литература

  1. Динамика ценностей населения реформируемой России / Отв. ред. Н.М. Лапин, Л.А. Беляева. М., 1996; Горяинов В.П. Групповая солидарность и ценностные ориентации // Мир России. 1997. N 3.
  2. Левада Ю.А. Элита и массы в общественном мнении: проблемы социальной элиты // Мониторинг общественного мнения: Экономические и социальные перемены. 1994. N 6; Мониторинг общественного мнения. 2001. N 6. С. 84; Мониторинг общественного мнения: Экономические и социальные перемены (ВОДОМ при поддержке Министерства труда РФ). 1999. N 1(39).
  3. Столяренко Л.Д. Трансформация массового сознания россиян в транзитивном обществе. Ростов н-Д, 2000. С. 78 - 80.
  4. Магун В. Об изменениях трудовых ценностей российского населения // Куда идет Россия? Власть, общество, личность. М., 2000.
  5. Чепуренко А.Ю., Тихонова Н.Е., Петухов В.В. Социальное измерение российского предпринимательства // Россия в зеркале реформ. М., 1995.
  6. Серов А.П. Ценностные ориентации человека как субъекта производственной деятельности: автореф. дис. к. ф. н. СПб., 1994.
  7. Бондаренко О. Трансформация трудовых ценностей. Ростов н-Д, 1999. С. 59.
  8. Вебер М. Избранные произведения. М., 1990.

Е.В.Корниенко

К. с. н.,

преподаватель

кафедры менеджмента государственного

и муниципального управления

экономического факультета

Таганрогского института управления

и экономики