Мудрый Экономист

Виновным может банк не быть, но а провидцем быть обязан: что изменилось

"Юридическая работа в кредитной организации", 2013, N 4

В одном из предыдущих номеров нашего журнала <1> вышла статья "Виновным может банк не быть, но а провидцем быть обязан", посвященная оспариванию в процессе процедур банкротства действий должника и кредитных организаций по заключению и исполнению кредитных сделок. С момента публикации данной статьи и до настоящего времени произошли изменения в подходе к оспариванию кредитных сделок при банкротстве.

<1> Попов И.С. Виновным может банк не быть, но а провидцем быть обязан // Юридическая работа в кредитной организации. 2013. N 2. С. 74 - 84.

Упомянутая выше статья была посвящена оспариванию в процессе процедур банкротства действий должника и кредитных организаций по заключению и исполнению кредитных сделок. В статье был сформулирован достаточно удручающий вывод о том, что при существующей конструкции норм гл. III.1 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон "О несостоятельности (банкротстве)") выхода из ситуации правовой уязвимости кредитных сделок практически нет.

Пока не изменится Закон либо ВАС РФ не изменит подходы, изложенные в Постановлении Пленума от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Постановление N 63), именно к исполнению кредитного договора, риск оспаривания и признания сделки недействительной будет преследовать фактически каждую кредитную сделку.

На момент подготовки вышеуказанной статьи практика и правовые позиции судов были изложены по состоянию на март-апрель 2013 г. Однако за время, прошедшее с момента подготовки предыдущей статьи, произошли изменения, которые существенным образом должны изменить подходы арбитражных судов к оспариванию кредитных сделок при банкротстве, и в этом, безусловно, необходимо отдать дань уважения оперативной деятельности управления частного права Президиума и Пленума ВАС РФ.

Как изменились подходы арбитражных судов?

Прежде всего, необходимо отметить, что ВАС РФ в своем Постановлении от 20.06.2013 N 4172/13 изменил фактически сложившуюся в Нижегородской области и некоторых других регионах достаточно одиозную практику <1> применения последствий недействительности договора возобновляемой кредитной линии, когда в качестве последствия их недействительности с банка взыскиваются все платежи по погашению кредита без учета факта их неоднократной выдачи, погашения и реальной задолженности по договору кредитной линии. В рассматриваемом в Постановлении N N 4172/13 деле с банка была взыскана сумма, более чем в три раза превышающая лимит задолженности и реальную задолженность по кредитной линии.

<1> См., например: Определение Арбитражного суда Нижегородской области от 21.09.2012 по делу N А43-21911/2010; Постановления Первого арбитражного апелляционного суда от 09.01.2013 и ФАС Волго-Вятского округа от 12.03.2013 по тому же делу.

В указанном Постановлении ВАС РФ сделал вывод, что "погашение должником кредита по предыдущим траншам, полученным в рамках одной возобновляемой кредитной линии, с последующим предоставлением по той же кредитной линии новых траншей не свидетельствует о нарушении прав и законных интересов кредиторов должника в ситуации, когда общий объем задолженности перед кредитной организацией в результате таких операций остается неизменным. Таким образом, размер подлежащей взысканию с банка суммы в конкурсную массу в любом случае не мог превысить сумму определенного договором лимита задолженности по кредиту и погашенных процентов за пользование кредитом.

Мнение. Е.Б. Аникина, ЗАО ЮниКредит Банк, зам. директора юридического департамента, начальник управления правового обеспечения, к. ю. н.

С введением в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" гл. III.1 об оспаривании сделок должника начала складываться судебная практика признания практически всех предбанкротных сделок недействительными, что в ряде случаев нарушает разумный баланс имущественных интересов кредиторов и должника. Жесткий, формальный подход к оспариванию сделок приводит к тому, что любой кредитор, получивший удовлетворение от должника, должен вернуть все полученное в конкурсную массу. При этом недобросовестность кредитора презюмируется даже тогда, когда он не имел права не принять исполнение, как, например, в случаях перечисления ему денежных средств по кредитному договору в соответствии с графиком, досрочного погашения кредита по инициативе должника и т.п.

Безусловно, такой подход нельзя признать справедливым по отношению к добросовестному кредитору. В результате в течение последнего года арбитражные суды в ряде случаев стали по-иному подходить к разрешению дел об оспаривании предбанкротных сделок. Так, например, в деле N А12-414/2012 суд установил, что в случае расчетов с кредиторами в порядке, установленном Законом "О несостоятельности (банкротстве)", банк-кредитор, чьи требования обеспечены залогом имущества должника, получил бы удовлетворение своих требований по основному долгу и процентам в размере не менее 80% от суммы, вырученной от продажи заложенной недвижимости. Так как банк, принимая исполненное от должника, не получил удовлетворение в большем объеме, чем мог получить в случае расчетов с ним как с конкурсным кредитором, суд не усмотрел в оспариваемых сделках (действиях) признаков недействительности в порядке ст. 61.3 Закона "О несостоятельности (банкротстве)" (Определение Арбитражного суда Волгоградской области от 24.05.2013 по делу N А12-414/2012).

Хочется надеяться, что формирующаяся в России концепция неформального (или содержательного) правосудия, опирающаяся на принцип добросовестности участников гражданского оборота, послужит основой для принимаемых судами решений.

В целях закрепления этой позиции и придания ей более высокого статуса руководящего разъяснения данный вопрос был рассмотрен на Пленуме ВАС РФ. В результате 2 июля 2013 г. было подготовлено Постановление Пленума N 56, в котором Постановление N 63 было дополнено п. 12.1.

В указанном пункте был сделан вывод, в полной мере соответствующий здравому смыслу: поскольку в связи с происходящими в процессе исполнения договора возвращением долга и получением новых кредитов (траншей) размер обязательства должника фактически "не превышает сумму лимита по договору возобновляемой кредитной линии, размер потерь конкурсной массы вследствие преимущественного удовлетворения одного из кредиторов в части основного долга не превышает указанной суммы лимита кредитования, даже если в период подозрительности должником было последовательно получено и возвращено несколько кредитных траншей. Таким образом, при определении размера предпочтения в части основного долга необходимо учитывать максимальный размер кредитования, которого в пределах лимита достигал заемщик, а также принимать во внимание, что выдача каждого нового транша устраняет на его сумму имевшееся к этому моменту предпочтение в части погашенного должником основного долга по иному траншу. Напротив, проценты за пользование кредитными ресурсами из различных траншей могут суммироваться судом".

Вступившие в законную силу судебные акты арбитражных судов, принятые на основании нормы права в истолковании, расходящемся с содержащимся в Постановлении от 02.07.2013 N 56 толкованием, могут быть пересмотрены.

Главным же событием применительно к рассматриваемому вопросу явилось появление Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 59 "О внесении изменений и дополнений в Постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Постановление N 59). Этот документ можно расценить как определенную попытку со стороны ВАС РФ внести коррективы и пресечь экономически неоправданную практику, а порой и злоупотребления правом со стороны арбитражных управляющих при оспаривании кредитных сделок, которые были порождены Постановлением N 63.

Мнение. В.Г. Шубенин, ЗАО ЮниКредит Банк, начальник договорного управления юридического департамента, к. и. н., доцент

Сложившийся в настоящее время подход к оспариванию сделок должника нельзя признать удачным. Ведь получение кредитором платежа после подачи этим или другим кредитором заявления о признании должника банкротом еще не означает, что кредитор должен был знать о неплатежеспособности должника.

Сам по себе факт, что другая сторона сделки является кредитной организацией, не может рассматриваться как единственное достаточное обоснование того, что она знала или должна была знать о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Оспаривающее сделку лицо должно представить конкретные доказательства недобросовестности кредитной организации. Этот и ряд других важных ориентиров, которые позволят более взвешенно подходить к исследованию фактических обстоятельств дела при рассмотрении требований об оспаривании предбанкротных сделок, изложены в Постановлениях Пленума ВАС РФ от 02.07.2013 N 56, от 30.07.2013 N 59 и N 60. В свою очередь, основой для принятия указанных Постановлений послужил тот факт, что арбитражные суды в ряде случаев стали по-иному подходить к разрешению указанной категории дел. Так, в деле N А50-25775/2011 суд пришел к выводу, что, исходя из доступной банку информации, банк не должен был предполагать о возникновении судебных споров через полтора года после принятия поручительства, и отказал в признании сделки недействительной и применении последствий признания ее недействительной (Определение Арбитражного суда Пермского края от 31.07.2013). Коллегия судей ВАС РФ (Определение от 06.03.2013 N ВАС-18245/12) указала, что одного лишь факта оказания предпочтения кредитору недостаточно для признания сделки недействительной; необходимо также установить, что лицу, в отношении которого была совершена сделка, было или должно было быть известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Таким образом, можно констатировать, что суды постепенно преодолевают односторонний уклон, в целом характерный для судебного рассмотрения данной категории дел.

ВАС РФ в п. п. 1 и 2 Постановления N 59 подчеркнул, что презумпции, установленные абз. 2 - 5 п. 2 ст. 61.2 Закона "О несостоятельности (банкротстве)" являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки. Данное разъяснение направлено против практики формального подхода арбитражных судов к наличию данных презумпций.

Также в п. 3 Постановления N 59 судам рекомендуется при установлении факта совершения сделки в целях причинения вреда кредиторам исходить из того, что платеж во исполнение как денежного обязательства, так и обязательного платежа приравнивается к возмездной сделке, что исключает презумпцию наличия цели причинения вреда в соответствии с п. 2 ст. 61.2 Закона "О несостоятельности (банкротстве)".

Пункт 12 Постановления N 63 дополнен следующим уточнением: "При решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. К числу фактов, свидетельствующих в пользу такого знания кредитора, могут с учетом всех обстоятельств дела относиться следующие: неоднократное обращение должника к кредитору с просьбой об отсрочке долга по причине невозможности уплаты его в изначально установленный срок; известное кредитору (кредитной организации) длительное наличие картотеки по банковскому счету должника (в том числе скрытой); осведомленность кредитора о том, что должник подал заявление о признании себя банкротом.

Получение кредитором платежа в ходе исполнительного производства, или со значительной просрочкой, или от третьего лица за должника, или после подачи этим или другим кредитором заявления о признании должника банкротом само по себе еще не означает, что кредитор должен был знать о неплатежеспособности должника".

Также Постановление N 63 дополнено новым п. 12.2 следующего содержания (п. 5 Постановления N 59): "12.2. Сам по себе тот факт, что другая сторона сделки является кредитной организацией, не может рассматриваться как единственное достаточное обоснование того, что она знала или должна была знать о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника (п. 2 ст. 61.2 или п. 3 ст. 61.3 Закона о банкротстве); оспаривающее сделку лицо должно представить конкретные доказательства недобросовестности кредитной организации.

В случаях, когда законодательство или кредитный договор предусматривают получение кредитной организацией от заемщика документов о его финансовом положении, судам следует в том числе учитывать, имелись ли в представленных документах конкретные сведения, заметно свидетельствующие о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника".

В данном случае Пленум ВАС РФ призывает нижестоящие суды к более четкому выявлению обстоятельств, которые могут рассматриваться как осведомленность кредитной организации о несостоятельности должника, а не просто делать вывод в судебном акте, что кредитная организация в силу своего положения должна знать все о финансовом состоянии должника.

И, наконец, Постановление N 59 формулирует в п. 13 еще одну важную позицию, определяющую момент начала начисления процентов за пользование чужими денежными средствами в соответствии со ст. 395 ГК РФ на сумму, подлежащую возврату кредитором должнику. Проценты подлежат начислению с момента вступления в силу определения суда о признании сделки недействительной, если не будет доказано, что кредитор узнал или должен был узнать о том, что у сделки имеются основания недействительности в соответствии со ст. 61.2 или ст. 61.3 Закона "О несостоятельности (банкротстве)" ранее признания ее недействительной. В последнем случае указанные проценты начисляются с момента, когда он узнал или должен был узнать об этом (Постановление N 63 дополнено новыми п. п. 29.1 - 29.5).

Ранее проценты по большинству дел взыскивались с момента совершения сделки или совершения действий по исполнению обязательств по сделке, в частности, по кредитному договору.

Значение принятых изменений для судебной практики по оспариванию сделок

Какое влияние Постановление N 59 окажет на дальнейшую судебную практику по оспариванию кредитных сделок должника в банкротстве, пока сложно прогнозировать. Хочется верить, что суды будут более взвешенно и тщательно подходить к исследованию фактических обстоятельств при предоставлении и погашении кредита и давать оценку действиям банка с учетом принципа добросовестности, экономической обоснованности, банковской практики и здравого смысла.

Суды в свете положений новой редакции Постановления N 63 должны ограничить сферу применения презумпций недобросовестности кредитных организаций, наличия цели причинения вреда кредиторам и т.д. Однако в целом нельзя говорить о смене тенденции и выделении кредитных организаций при кредитовании предприятий, через определенное время вошедших в процедуры банкротства, в качестве особого субъекта с особым правовым режимом кредитных сделок. Все риски, описанные в статье "Виновным может банк не быть, но а провидцем быть обязан", по-прежнему сохраняются. Речь может идти только о некотором смещении акцентов в судебной практике арбитражных судов.

И.С.Попов

К. ю. н.,

начальник

юридического управления

ЗАО "ГЛОБЭКС-БАНК"