Мудрый Экономист

Перспективы коллизионного правового регулирования международных банковских сделок

"Международные банковские операции", 2014, N 3

В правовом регулировании международных банковских обязательств вопрос о применимом праве остается одним из ключевых. Как вопрос применимого права решается в российском законодательстве? Какие специальные коллизионные нормы, применяемые к отдельным формам расчетов, есть в законодательствах других стран? Какие сложности и в каких случаях могут возникнуть при определении применимого права?

Конечно, наиболее предпочтительно, когда участники сделок сами определяют применимое право в договорах: это снижает риски сторон в связи с исполнением обязательств. Как правило, выбор делается в пользу права страны одного из участников сделки либо в пользу права третьего государства, законодательство которого обладает рядом преимуществ по сравнению с иными правопорядками. Среди таких преимуществ - либеральность в правовом регулировании налоговой оптимизации, валютного и банковского контроля, исполнения судебных решений и решений международных арбитражей, высокая степень защиты прав инвесторов и т.д. Однако, если стороны не определили в соглашении применимое право, суду в случае возникновения споров предстоит определить его самостоятельно, исходя из правил, действующих в стране местонахождения суда (коллизионные привязки).

Как известно, 30 сентября 2013 г. был принят Федеральный закон N 260-ФЗ "О внесении изменений в часть третью Гражданского кодекса Российской Федерации" <1> (раздел "Международное частное право"). Закон предусматривает совершенствование правового регулирования частноправовых отношений, осложненных иностранным элементом. Рассмотрим перспективы развития отечественного коллизионного права, применимого к международным банковским обязательствам.

<1> Собрание законодательства РФ. 07.10.2013. N 40 (ч. III). Ст. 5030.

Прежде чем перейти к анализу норм отечественного коллизионного права, установим, не регулируются ли данные правоотношения положениями международных договоров, участницей которых является Российская Федерация. Согласно ч. 4 ст. 15 Конституции РФ и ст. 7 ГК РФ международные договоры имеют приоритет над нормами национального права и непосредственно применяются к спорным правоотношениям. Исключение составляют случаи, когда из международного договора следует, что для его применения требуется издание внутригосударственного акта.

Международные обязательства Российской Федерации

Самые "старые" международные соглашения, обязательные для России, - Женевские вексельные Конвенции от 07.06.1930. Это Конвенции "О Единообразном законе о переводных и простых векселях" <1>, "Имеющая целью разрешение некоторых коллизий законов о переводных и простых векселях" <2> и "О гербовом сборе с переводных и простых векселей" <3>. При разрешении споров, вытекающих из вексельных правоотношений, данные акты имеют приоритет над нормами ст. 1217 ГК РФ ("Право, подлежащее применению к обязательствам, возникающим из односторонних сделок"). Использование ст. 1217 ГК РФ обусловлено отсутствием в отечественном законодательстве специальных коллизионных норм в части вексельных сделок. Поскольку вексельные обязательства являются односторонними сделками, относимость указанной статьи очевидна.

<1> Собрание законов. 1937. Отд. II. N 18. Ст. 108.
<2> Там же. Ст. 109.
<3> Там же. Ст. 110.

В ст. 1217 ГК РФ устанавливается, что к обязательствам, возникающим из односторонних сделок, если иное явно не вытекает из закона, условий или существа сделки либо совокупности обстоятельств дела, применяется право страны, где на момент совершения односторонней сделки находится место жительства или основное место деятельности стороны, принимающей на себя обязательства по односторонней сделке.

Иным образом дело обстоит с правовым регулированием чековых обязательств. В связи с тем что Россия не является участницей Женевской конвенции, имеющей целью разрешение некоторых коллизий законов о чеках 1931 г. <1>, выбор применимого права осуществляется согласно ст. 1217 ГК РФ, а также Положению о чеках, утвержденному Постановлением ЦИК и СНК СССР от 06.11.1929 <2>. При этом Положение о чеках от 06.11.1929 действительно применяется, поскольку до сих пор официально не было признано утратившим силу.

<1> Регистр текстов международных конвенций и других документов, касающихся права международной торговли. ООН, Нью-Йорк. 1971. Т. 1. С. 258 - 263.
<2> Собрание законов и распоряжений Рабоче-Крестьянского Правительства СССР. 1929. N 73. Ст. 697.

Например, в Постановлении Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.10.2012 по делу N А32-35454/2011 отмечено, что "в части, не противоречащей статьям 877 - 885 ГК РФ, к спорным правоотношениям подлежит применению Положение о чеках, утвержденное Постановлением ЦИК СССР, СНК СССР от 6 ноября 1929 года". Кроме того, согласно ст. 1217 ГК РФ применение коллизионной привязки ставится в зависимость от наличия иных правил, вытекающих "из закона, условий или существа сделки либо совокупности обстоятельств дела".

Коллизионные привязки в российском законодательстве

Статья 1211 ГК РФ ("Право, подлежащее применению к договору при отсутствии соглашения сторон о выборе права") содержит ряд коллизионных привязок, которые определяют право, применимое к некоторым банковским обязательствам. В частности, если отсутствует соглашение сторон о подлежащем применению праве, к договору применяется право той страны, где на момент заключения договора находится место жительства или основное место деятельности стороны, которая осуществляет исполнение, имеющее решающее значение для содержания договора. Такой стороной признаются:

Как мы видим, в части международных банковских расчетов законодатель предусмотрел только привязку по отношению к договору банковского счета и вклада. Однако, если учитывать сложность международных сделок и сопутствующих форм расчетных операций (аккредитивы, инкассо и т.д.), этого явно недостаточно. В связи с этим к отдельным расчетным сделкам, не урегулированным нормами международных договоров или специальными коллизионными привязками, будет применяться общее правило ст. 1211 ГК РФ о праве стороны, имеющей решающее значение для содержания договора.

Кроме того, стоит отметить нормы п. п. 9 и 10 ст. 1211 ГК РФ: если из закона, условий или существа договора либо совокупности обстоятельств дела явно вытекает, что договор более тесно связан с правом иной страны, чем та, которая указана в специальных коллизионных привязках (п. п. 1 - 8 ст. 1211 ГК РФ), подлежит применению право страны, с которой договор более тесно связан. Это касается и договора, содержащего элементы различных договоров. Исключение составляет случай, когда из закона, условий или существа договора либо совокупности обстоятельств дела вытекает, что применимое право подлежит определению отдельно для каждого элемента такого договора.

Коллизионные привязки в законодательстве других стран

Вместе с тем, как справедливо отмечает Т.П. Лазарева, в ряде стран СНГ приняты законы, которые содержат специальные коллизионные привязки к праву, подлежащему применению к отдельным формам расчетов.

Так, специальные коллизионные нормы, относящиеся к расчетам по аккредитиву, имеются в Законе Кыргызской Республики от 23.07.2002 "Об аккредитивах" (п. 2 ст. 3, п. 4 ст. 3) и т.д. По общему правилу, "аккредитив, открытый банком - резидентом Кыргызской Республики, должен рассматриваться по форме и содержанию в соответствии с законодательством Кыргызской Республики, если в самом аккредитиве не будет оговорено, что он регулируется другим законодательством" <1>.

<1> Отдельные виды обязательств в международном частном праве (под ред. В.П. Звекова). М.: Статут, 2008. С. 95.

В свою очередь, в Единообразном торговом кодексе США определено, что применимое к расчетам по аккредитиву право исходит из принципа наиболее тесной связи с договором и отсылки к праву стороны, исполнение которой имеет решающее значение для договора (ст. 5.116b). В качестве критериев наиболее тесной связи используются критерии "место открытия аккредитива" (местонахождение банка-эмитента), "местонахождение авизующего банка", "место осуществления платежа" <1>.

<1> Шамраев А.В. Регулирование документарного аккредитива в праве США // Деньги и кредит. 2001. N 7. С. 74.

Иногда все расчеты по аккредитиву с участниками - резидентами различных стран и вовсе подлежат регулированию правом одной страны.

Пример. Так, к аккредитивной операции между подтверждающим банком и бенефициаром (с местонахождением в Англии), бенефициаром и банком-эмитентом (с местонахождением в Индии) было применено право Англии. При этом суд руководствовался положением п. 5 ст. 4 Конвенции 1980 г. о праве, применимом к договорным обязательствам. Суд посчитал, что договор между бенефициаром и банком-эмитентом имеет более тесную связь с правом "иной страны", а не с правом государства той стороны, исполнение которой имело решающее значение для договора <2>.

<2> Hill J. Choice of Law in Contract under The Rome Convention: The Approach of the UK Courts // International and Comparative Law Quarterly. 2004. Vol. 53. Part 2. P. 340.

Примечание. При отсутствии соглашения сторон о подлежащем применению праве и при наличии обстоятельств, указанных в п. 1 ст. 1212 ГК РФ, к договору с участием потребителя применяется право страны места жительства потребителя (п. 2 ст. 1212 ГК РФ).

Стоит заметить, что по отдельным международным банковским операциям преимущественно применяется право только одной страны. Так, предоставление евровалютных кредитов подчинено английскому праву в силу прямого указания на это в стандартных формах кредитных соглашений, разработанных Loan Market Association. Такие соглашения предусматривают два типа правил: hard and soft provisions (жесткие и мягкие условия), где по соглашению сторон могут быть изменены только последние. Изменение жестких условий запрещено, если учитывать, что это основные условия кредитной сделки (предмет, сроки кредита, проценты, применимое право и т.д.).

Довольно просто решается вопрос определения применимого права и в отношении международных банковских гарантий (резервных аккредитивов). В частности, если право не избрано сторонами, то применяется право места коммерческой деятельности гаранта, места нахождения учреждения гаранта (эмитента) или места выдачи резервного аккредитива. При этом если гарант имеет более одного места коммерческой деятельности, то гарантия подчиняется праву места коммерческой деятельности отделения, ее выдавшего <1>.

<1> Шамраев А.В. Правовое регулирование международных банковских сделок и сделок на международных финансовых рынках. Центр исследований платежных систем и расчетов. 2009. С. 66.

Трудности при определении применимого права

В других случаях, наоборот, при определении применимого права возникают сложности. Это касается, например, международного дебетового перевода с использованием пластиковых платежных карт. Поскольку держатели карт осуществляют платежи на территориях различных стран, то при определенных обстоятельствах могут возникнуть трудности в отношении применимого права при утрате (краже) платежной карты, несанкционированном доступе, сбоях оборудования платежной системы, аннулировании сделок, возврате уплаченных средств и товаров, процедурах обжалования и т.д. Подобные проблемы остаются и в отечественном законодательстве даже с учетом последних изменений, внесенных в ГК РФ Федеральным законом от 30.09.2013 N 260-ФЗ. В частности, введена новелла ст. 1216.1 ГК РФ, позволяющая определить применимое право в случае перехода прав кредитора к другому лицу на основании закона (суброгация).

Данное правило устанавливает, что при удовлетворении третьим лицом требования кредитора к должнику переход прав кредитора к такому третьему лицу (новому кредитору) определяется по праву, подлежащему применению к отношениям между первоначальным и новым кредиторами, если иное не вытекает из закона или совокупности обстоятельств дела. В то же время не совсем понятно, какое все-таки право (по какой коллизионной привязке) будет применимо, ведь часто отношения между первоначальным и новым кредиторами не возникают вовсе.

В ситуации, когда в международной банковской сделке участвует физическое лицо, важно помнить о доктрине защиты прав потребителя как более слабой стороны договора. В таких договорах более слабая сторона имеет возможность подчинить правоотношение благоприятному для нее правопорядку (lex benignitatis). В связи с этим, как правило, применяются императивные нормы национального законодательства того государства, где данное физическое лицо работает по трудовому договору либо где находится его место жительства <2>.

<2> Нуриев А.Х. Ограничение автономии воли сторон в правоотношениях, осложненных иностранным элементом // Третейский суд. 2014. N 1. С. 64.

Так, в ст. 1212 ГК РФ определено, что выбор права не может повлечь за собой лишение потребителя защиты, которая предоставляется ему императивными нормами права в стране места его жительства. При отсутствии соглашения сторон о подлежащем применению праве и при наличии обстоятельств, указанных в п. 1 этой статьи (изъятия для отдельных договоров. - Прим. авт.), к договору с участием потребителя применяется право страны места его жительства. Среди других примеров можно выделить п. 31 преамбулы Регламента "Рим II" <1>, ст. ст. 108, 109, 116 Кодекса международного частного права Болгарии <2> и др.

<1> Regulation (EC) No. 864/2007 of the European Parliament and of the Council (July 11, 2007) on the law applicable to non-contractual obligations (Rome II) (http://eur-lex.europa.eu/LexUriServ/site/en/oj/2007/l_199/l_19920070731en00400049.pdf).
<2> Кодекс международного частного права Болгарии от 04.05.2005 // Държавен вестник. 2010. N 100.

Выводы

Коллизионное правовое регулирование банковских обязательств не претерпело существенных изменений в связи с принятием Федерального закона от 30.09.2013 N 260-ФЗ. Вместе с тем хотелось бы, чтобы законодатель усовершенствовал сами формулировки коллизионных норм (особенно общих коллизионных привязок), что положительно скажется на правоприменительной практике.

В частности, долгое время подвергалось серьезной критике выражение "договор реально связан" <3>. Оно позволяло судам необоснованно широко трактовать содержание договорных правоотношений, что приводило к правовой неопределенности у участников сделки <4>. В новой редакции ГК РФ, как правило, уже используется формулировка "...имеет решающее значение для содержания договора" либо "...связаны все касающиеся существа отношений сторон обстоятельства".

<3> Подробно см.: Асосков А.В. Трансграничные и внутренние контракты: пределы автономии воли сторон при выборе применимого права // Вестник гражданского права. 2011. N 4. С. 4 - 31.
<4> Постановления ФАС Дальневосточного округа от 25.04.2006 N Ф03-А80/06-1/3, от 03.08.2010 N Ф03-792/2010.

Таким образом, проблемы с определением применимого права по ряду банковских сделок никуда не исчезли, а значит, требуются дальнейшее их исследование и выработка эффективных решений.

А.Х.Нуриев

К. ю. н.,

управляющий партнер

юридическая фирма "Баратеон"

г. Казань